Противодействие Запада российской политике может быть сформулировано по-разному – как военное, так и политико-дипломатическое. Вот как, например, это видит один из бывших послов ЕС в Африке: «У России есть и другие планы. Оно хочет построить военную базу на суданском побережье Красного моря. Учитывая, что поддерживаемая Россией RSF находится на стороне победителей, эти планы, похоже, становятся все более конкретными. Другими словами, мы движемся к сценарию, при котором Россия, Иран и Китай (не совсем лучшие друзья Запада) могут перерезать одну из коронарных артерий мировой экономики или, по крайней мере, серьёзно подорвать её, со всеми вытекающими экономическими и политическими последствиями. это повлечет за собой. Это, мягко говоря, неприятная перспектива. Понятно, что каждый конфликт влечет за собой новый конфликт. Поэтому прекращение войн является единственным выходом. Война в секторе Газа должна быть срочно прекращена. Война в Судане должна быть срочно прекращена. Если Европа и США захотят, они смогут оказать достаточное давление на все воюющие лагеря, чтобы они хотя бы объявили о прекращении огня и сели за стол переговоров»[1].

При этом самые разные субъекты, факторы и тенденции играют разное значение, которое меняется в зависимости от субъективных моментов в истории. Так, новая роль БПЛА, которые превратились в самостоятельный род ВС, безусловно, влияет не только на стратегии и ВПО, но и МО, например, когда хуситы нападают на мощную коалицию ВМС развитых стран.

Это означает, что анализ и прогноз развития МО и ВПО зависит в том числе и от того какое значение имеют в данное время те или иные субъекты, факторы или тенденции. Это значение может стремительно меняться как в сторону усиления, так и ослабления.

Применительно к развитию ВПО на Украине эти принципиальные замечания имеют прямое значение. Как показал опыт СВО, иногда внешне незначительные факторы формирования ВПО могут сыграть решающее значение. Например, для ВС РФ – слабость космической группировки и систем связи на ТВД[2].

Вместе с тем, следует учитывать и обратное влияние – развитие сценариев СО и ВПО и усиление их влияния на международную обстановку и в целом на мировой порядок. Как это бывало нередко в истории, военные результаты влияли на политические тенденции. Особенно это важно для современного периода, когда развитие военных технологий, ВВСТ и военного искусства (и, как не сразу стало очевидным) военной промышленности становится фактором, объективно сильно влияющим не только на формирование ВПО, но и МО. Таким образом, структура, сценарии развития и их варианты МО и миропорядка будет качественно, радикально меняться в «переходный период» до 2025 года под сильнейшим влиянием отдельных, в частности, военно-технических факторов – ВВСТ и ВС, – их способности влияния на процессы изменения миропорядка.

«Возвращение» фактора военной силы, который, на самом деле, «уходил» только в фантазиях некоторых советских и российских политиков и ученых с конца 70-х годов ХХ века, приобретает отчетливо доминирующий характер на развитие МО[3]. Перспективы развития МО ограничены только военно-силовым сценарием развития, который будет реализовываться в разных вариантах – от политико-силового, где военная сила используется в политико-психологической форме, до военно-силового, когда военная сила применяется системно, как правило, одновременно во всех формах. Это означает, как минимум, переоценку значения силовых – военных и не военных – факторов в мировой политике, её растущую зависимость от военной политики, снижение роли политико-дипломатических инструментов, в частности, переговоров и сокращения вооружений и военной деятельности, которые отчетливо превращаются в дополнительный информационно-пропагандистский инструмент внешней политики государств.

Такая общая закономерность в развитии МО распространяется, вероятно, не только на ближнесрочную перспективу 2024–2025 годов, но и на долгосрочную перспективу развития МО в мире и, естественно, на украинском ТВД. Поэтому стратегическое планирование должно исходить из того, что военное противоборство в ближайшие 10 лет неизбежно и может происходить с разной степенью интенсивности и в разных формах, но оно неизбежно. На украинском ТВД оно может превратиться в постоянно действующий фактор влияния на состояние МО в мире и в Европе.