14 августа 1945 года СССР заключил с Китайской Республикой Договор о дружбе и союзе сроком на 30 лет.

По мнению Сюэ Сяньтяня (薛衔天), исследователя НИИ  новой истории Китайской Академии общественных наук, заместителя председателя Китайского общества изучения истории китайско-российских отношений, и  Ким Дон Хи (金东吉), заместителя исследователя НИИ новой истории Китайской Академии общественных наук, на заключение этого Договора в немалой степени повлиял «фактор КПК»[1].

Чан Кайши рассчитывал, что юридически оформленный альянс Чунцина (на тот момент столицы Китайской Республики) с Москвой приведёт к отдалению Кремля от КПК и побудит его поддержать объединение Китая под властью Гоминьдана.

Заключая межгосударственный договор с СССР, Чан Кайши также рассчитывал воспрепятствовать вводу войск КПК на территорию Северо-Восточного Китая и добиться, чтобы дислоцированные там советские войска передали гражданскую и военную власть в регионе Национальному правительству Китайской Республики.

Помимо этого, Чан Кайши стремился, чтобы ВКП(б), традиционно имевшая влияние на китайских коммунистов, убедила их отказаться в дальнейшем от вооружённой борьбы против гоминьдановского Национального правительства Китайской Республики.

Для Сталина же,  не считавшего тогда китайских коммунистов политической силой, способной объединить Китай, заключение Договора о дружбе и союзе с возглавляемой Чан Кайши Китайской Республикой имело принципиальное значение,  поскольку Кремль стремился сделать граничившие с Советским Союзом Синьцзян, Внешнюю Монголию и Северо-Восточный Китай зоной обеспечения стратегической безопасности СССР и не допустить появления в этих регионах антисоветских властных структур и антисоветских вооружённых формирований, не допустить присутствия там любых третьих стран.

Одновременно с Договором о дружбе и союзе СССР и Китайская Республика подписали Соглашение о Китайско- Чанчуньской железной дороге как общей собственности двух государств, находящейся в их совместном управлении в течение 30 лет, Соглашение об использовании СССР и Китайской Республикой военно-морской базы Люшунькоу (Порт-Артур), закрытой для третьих государств,  и об объявлении порта Далянь (Дальний) открытым торговым портом под совместным управлением сторон. Стороны договорились, что после капитуляции Японии советские войска будут выведены из Северо-Восточного Китая, однако останутся в портах Люшунькоу и Далянь. Кроме того, стороны обменялись нотами, в которых СССР признавал суверенитет Китая над Маньчжурией --- Северо-Восточным Китаем и заявлял о невмешательстве во внутренние дела Китая, а Китайская Республика признавала независимость Монгольской Народной республики, если её население подтвердит своё стремление к государственному суверенитету и независимости от Китая путём плебисцита (который состоялся 20 октября 1945 года).  

Согласно статье 5  советско-китайского Договора о дружбе и союзе от 14 августа 1945 года стороны обязывались «действовать в соответствии с принципами взаимного уважения  суверенитета и территориальной целостности и невмешательства во внутренние дела другой Договаривающейся Стороны».  

По мнению Сюэ Сяньтяня и Ким Дон Хи всё это означало, что «в обмен» на стратегические выгоды, получаемые от заключения Договора о дружбе и союзе с Китайской Республикой, советская сторона по сути брала на себя обязательство не поддерживать КПК в случае её внутриполитического противостояния и вооружённого противоборства с  Гоминьданом.                                           

В феврале 1945 года в Ялте СССР, США и Великобритания договорились признавать Национальное правительство Китайской Республики во главе с Чан Кайши единственным законным представителем Китая. В последующем вплоть до установления дипломатических отношений между СССР и КНР 2 октября 1949 года и прекращения дипломатических отношений между СССР и Китайской Республикой 3 октября 1949 года Москва соблюдала положения советско-китайского Договора о дружбе и союзе от 14 августа 1945 года, продолжая признавать Национальное правительство/Правительство Китайской Республики единственным законным представителем Китая и по крайней мере открыто не поддерживая КПК в ходе её гражданской войны с Гоминьданом в 1946-1949 годах.

Во время неофициальной поездки А.И.Микояна в январе-феврале 1949 года в посёлок Сибайпо (провинция Хэбэй), где тогда располагалась резиденция ЦК КПК, и во время неофициальной поездки секретаря ЦК КПК Лю Шаоци (刘少奇) в Москву летом 1949 года одной из главных тем переговоров между руководством ЦК КПК и руководством СССР/ВКП(б) было отношение сторон к советско-китайскому Договору о дружбе и союзе от 14 августа 1945 года (А.Ш.: Не исключено, что во время зимней встречи в Сибайпо, руководство КПК спрашивало «совета» А.И.Микояна по поводу «мирной сделки», предложенной китайским коммунистам 1 января 1949 года терпевшим неминуемое военное поражение Чан Кайши).

То, что СССР, соблюдал положения этого Договора вплоть до образования КНР и расторжения дипотношений с Китайской Республикой, объяснялось не только международно-правовыми обязательствами советской стороны перед Национальным правительством/Правительством Китайской Республики, но и тем, что согласно «ялтинским соглашениям» обеспечение советских послевоенных интересов в Китае находилось «в одном пакете» с обеспечением обретённого суверенитета СССР над Южным Сахалином и Курильскими островами, следовательно потенциальное несоблюдение договорённостей с Чан Кайши было чревато для Кремля нежелательным изменением позиции США и Великобритании в вопросе Южного Сахалина и Курил.

Как отмечал китайский историк Чжан Шэнфа:«Стремясь добиться единства Китая, Советский Союз выступал ведущим в отношениях с Китайской Республикой, рассматривая гоминьдановское правительство как основного и легитимного политического партнёра, а КПК отводил второстепенное, подчинённое место».

В вопросе наметившейся в конце августа 1945 года «мирной сделки» между КПК и Гоминьданом позиция Кремля также была в полной мере обусловлена внешней политикой СССР на китайском направлении, официально оформленной по факту заключения советско-китайского Договора о дружбе и союзе от 14 августа 1945 года.    

***

Согласно учению Сунь Ятсена процесс построения республиканского государства в Китае должен был проходить в три этапа: военное правление, политическая опека, конституционное правление.

В истории Китайской Республики этап военного правления начался 23 января 1924 года с принятием на проходившем в Гуанчжоу 1-м съезде Гоминьдана составленной Сунь Ятсеном «Программы Национального правительства о построении государства» (国民政府建国大纲) и полностью завершился 29 декабря 1928 года с окончанием Северного похода, когда один их ведущих деятелей Гоминьдана Чжан Сюэлян (张学良) объявил о «смене флага» в Маньчжурии, что означало полное объединение Китая под властью Национального правительства Китайской Республики.

Ключевые положения «Программы Национального правительства о построении государства» следующие:

«Национальное правительство, руководствуясь тремя народными принципами революции (первый принцип – народное благоденствие (民生主义), второй принцип — народовластие (民权主义), третий принцип – национализм (民族主义), подразумевающий ориентированную на интересы нации внутреннюю политику, и внешнюю политику, нацеленную на поддержание национального престижа), руководствуясь революционной конституцией пяти ветвей власти (исполнительная, законодательная, судебная, экзаменационная, контрольная), создаёт Китайскую Республику.

Государственное строительство Китайской Республики происходит в три этапа: этап военного правления (军政时期), этап политической опеки (训政时期),  этап конституционного правления (宪政时期)

На этапе военного правления все государственные институты подчинены военной власти. Правительство военной силой устраняет внутриполитические препятствия и одновременно разъясняет населению смысл трёх народных принципов, создавая таким образом духовную основу для объединения страны.

На этапе политической опеки Национальное правительство направляет в уезды подготовленные, аттестованные кадры для содействия населению в организации структуры местного самоуправления (автономии).

В каждом уезде, где сформировано правительство местного самоуправления (автономии), избирается один национальный представитель  (国民代表) в Национальное собрание.

В каждой провинции конституционное правление начинается тогда, когда во всех её уездах полностью сформирована структура местного самоуправления (автономии).

С целью приобретения опыта государственного управления в условиях функционирования пяти ветвей власти (五权) Центральное правительство создаёт пять Юаней (Палат): Исполнительный Юань (行政院), Законодательный Юань (立法院), Судебный Юань (司法院), Экзаменационный Юань (考试院), Контрольный Юань (监察院) 

Проект Конституции разрабатывается Законодательным Юанем, исходя из положений настоящей Программы и результатов государственного строительства на этапах политической опеки, конституционного правления.

Национальное собрание (国民大会) принимает Конституцию и обнародует её тогда, когда более половины провинций достигают начального этапа конституционного правления, то есть полностью формируют на своей территории структуру местного самоуправления (автономии).

После обнародования Конституции полномочия центральной власти переходят к Национальному собранию, которое получает право выбирать членов Центрального правительства и отстранять их от должности,  право инициировать и пересматривать законы.

Обнародование Конституции знаменует успех конституционного правления, после чего народ Китая согласно Конституции проводит всенародные выборы.

В течение трёх месяцев после выборов Национальное правительство слагает свои полномочия и передаёт их всенародно избранному правительству, что знаменует успешное завершение процесса построения государства».

В августе 1928 года на 5-м пленуме ЦИК Гоминьдана 2-го созыва было объявлено о начале перехода от этапа военного правления к этапу политической опеки, на котором «государство управляется партией Гоминьдан» (以党治国)

В октябре 1928 года Постоянное совещание ЦИК Гоминьдана (中国国民党中央常务会议) приняло «Программу политической опеки» (训政纲领) (А.Ш.: В истории Гоминьдана Постоянное совещание ЦИК Гоминьдана созывалось по наиболее значимым поводам. Например,15 июля 1927 года на расширенном Постоянном совещании ЦИК Гоминьдана было объявлено о «расколе с КПК», данное событие ознаменовало окончательное завершение «первого сотрудничества Гоминьдана и КПК». В октябре 1928 года Постоянное совещание ЦИК Гоминьдана приняло «Программу политической опеки», утверждённую на 3-м съезде Гоминьдана в марте 1929 года). 

 Согласно «Программе политической опеки» государственная власть в Китае от имени китайского народа осуществлялась Всекитайским съездом Гоминьдана (国民党全国代表大会)

В перерывах между Всекитайскими съездами Гоминьдана государственная власть в Китае осуществлялась ЦИК Гоминьдана (国民党中央执行委员会).

Непосредственное управление государством осуществлялось Национальным правительством (国民政府), подконтрольным Политсовету ЦИК Гоминьдана (国民党中央政治会议) (А.Ш.: На этапе политической опеки Политсовет ЦИК Гоминьдана, подчиняясь только ЦИК Гоминьдана, был наделён функциями руководства всей деятельностью Национального правительства Китайской Республики).

Тогда же, в октябре 1928 года, Национальное правительство учредило систему «пяти Юаней»: Исполнительного, Законодательного, Судебного, Экзаменационного, Контрольного.

5 мая 1936 года Законодательный Юань Национального правительства Китайской Республики опубликовал проект Конституции, --- так называемый «Проект Конституции 5-го дня 5-го месяца» (五五宪草)

Завершение этапа политической опеки началось с принятием «Конституции Китайской Республики» (中华民国宪法) Национальным собранием первого созыва, проходившим с 15 ноября до 25 декабря 1946 года в столице Китайской Республики Нанкине; его называют «Национальным собранием, принявшим Конституцию» (制宪国大) Тогда же Национальное правительство Китайской Республики опубликовало «Закон о порядке завершения политической опеки» (训政结束程序法) Официально «Конституция Китайской Республики» вступила в силу спустя год --- 25 декабря 1947 года (А.Ш.: В истории Китайской Республики Нанкин трижды был её столицей: с 1 января до 1 апреля 1912 года; с 18 апреля 1927 года до 17 ноября 1937 года; с 5 мая 1946 года до 23 апреля 1949 года).

Окончательным завершением этапа политической опеки и полным вступлением на этап конституционного правления в Китайской Республике считается проведение Национального собрания второго созыва, проходившего с 29 марта до 1 мая 1948 года в столице Китайской Республики Нанкине.

Национальное собрание второго созыва называют «Национальным собранием, реализовавшим Конституцию» (行宪国大), поскольку на нём были избраны президент Китайской Республики (Чан Кайши) (蒋介石) и вице-президент Китайской Республики (Ли Цзунжэнь) (李宗仁) 20 мая 1948 года в Нанкине Чан Кайши и Ли Цзунжэнь были приведены к присяге. Тогда же начало работу новое Правительство Китайской Республики (中华民国政府), а прежнее Национальное правительство Китайской Республики сложило свои полномочия.

Этап конституционного правления в Китайской Республике завершился в материковом Китае в июне 1949 года бегством гоминьдановских властей на Тайвань.

К моменту окончания Второй мировой войны в Китае фактически сложились два государственных образования. Гоминьдановское Национальное правительство Китайской Республики контролировало большую часть территории страны, на которой проживало около 70% населения. Другую часть территории Китая занимали «освобождённые районы», управляемые подконтрольными КПК народными правительствами. Основным «освобождённым районом» являлся Пограничный район Шэньси-Ганьсу-Нинся. Кроме того, другие «освобождённые районы» занимали значительную часть провинций Шэньси, Чахар, Хэбэй, Суйюань, Шаньдун, Хэнань. Имелись «освобождённые районы» в долине реки Янцзы на территории провинций Цзянсу, Аньхой. К концу 1945 года «освобождённые районы» составляли почти четверть территории Китая с населением около 150 млн. человек.

Таким образом будущее послевоенного Китая целиком зависело от взаимоотношений двух его наиболее влиятельных политических сил --- правящей партии Гоминьдан, представлявшей интересы крупного национального капитала, и Коммунистической партии Китая (КПК), опиравшейся в тот период прежде всего на массы крестьян -  арендаторов помещичьей земли, на пролетариат, а также на патриотически настроенную мелкую и среднюю буржуазию и даже на патриотически настроенных помещиков-землевладельцев и патриотически настроенных шэньши --- отставных чиновников.

На фоне молниеносного разгрома Квантунской армии советскими войсками в первой половине августа 1945 года от шаткого «единства» КПК и Гоминьдана в период борьбы с японской агрессией не осталось и следа. 

В тот момент ЦК КПК рассматривал действия своих вооружённых формирований под углом борьбы с Гоминьданом.

По состоянию на август 1945 года вооружённые формирования КПК насчитывали 10 пехотных дивизий, 3 Колонны, 7 Групп, 10 Участков, 1 кавгруппу. Колонна соответствовала дивизии, Группа и Участок --- пехотному полку. Официально в этих формированиях, включая прокоммунистические 8-ю армию и Новую 4-ю армию в штате Национально-революционной армии Китайской Республики, насчитывалось около 600 тысяч человек, однако фактически их было 380 тысяч, плюс почти 80 тысяч партизан.

13 августа 1945 года , обращаясь в Яньани (А.Ш.: Яньань – центральный город Пограничного района на стыке провинций Шэньси-Ганьсу-Нинся в Северном Китае, в период с конца 1935 года до 19 марта 1947 года резиденция ЦК КПК) к кадровым работникам КПК, Мао Цзэдун заявил: «Война сопротивления японским захватчикам как определённый этап уже миновала; новая обстановка и новая задача --- это борьба внутри страны».

Со своей стороны гоминьдановское Национальное правительство Китайской Республики препятствовало распространению власти коммунистов на Северный Китай. 11 августа 1945 года Чан Кайши приказал войскам Национально-революционной армии Китайской Республики быстро вступить в оккупированные японцами районы для принятия у них капитуляции. Исключение составили войска прокоммунистических 8-й армии и Новой 4-й армии. Этим войскам Чан Кайши приказал «оставаться на местах в ожидании дальнейших указаний».

15 августа 1945 года, в день объявлении о капитуляции Японии, главком союзных войск на Дальнем Востоке Макартур и Чан Кайши приказали японским войскам сдаваться только китайским правительственным войскам, за исключения прокоммунистической 8-й армии.

В свою очередь командующий вооружёнными формированиями КПК Чжу Дэ (朱德) потребовал от японского командования, чтобы японские войска в Северном, Восточном, Центральном и Южном Китае сдавались только «народным армиям», и не подчинялись любым другим приказам.

Одновременно, 15 августа 1945 года Чжу Дэ от имени КПК обратился к США, Великобритании и СССР, настаивая на том, чтобы вооружённые формирования КПК получили право принять капитуляцию у японских и марионеточных войск, однако союзники, в том числе СССР, оставили это обращение без внимания.

Позднее, 15 сентября 1945 года, командующий советскими войсками в Северо-Восточном Китае Маршал Советского Союза Р.Я.Малиновский направил в Яньань своего представителя с личным посланием в ЦК КПК, в котором настаивал, чтобы вооружённые формирования КПК не вступали в главные города Северо-Восточного Китая --- Шэньян, Чанчунь, Харбин, а рассредоточились в сельской местности вдали от них. В последующем он настаивал на выводе из Шэньяна и Чанчуня частей КПК, уже вступивших в эти города, поскольку намеревался передать административное управление там Национальному правительству Китайской Республики.

Во исполнение Договора о дружбе и союзе с Китайской Республикой от 14 августа 1945 года и Приложения к нему СССР свернул и широкую, в том числе прямую военную поддержку временного правительства самопровозглашённой Республики Восточный Туркестан (РВТ), войска которой с конца 1944 года вели боевые действия против Национально-революционной армии Китайской Республики на северо-западе Синьцзяна. В первой половине сентября 1945 года войска РВТ успешно наступали на столицу Синьцязна Дихуа (Урумчи), находясь от неё примерно в 150 км.. Изменение позиции СССР по Синьцзянской проблеме в контексте невмешательства во внутренние дела Китая остановило это наступление и положило начало мирным переговорам Национального правительства Китайской Республики с руководством РВТ, которые завершились роспуском этого самопровозглашённого государственного образования в июне 1946 года и полным вхождением всей территории Синьцзяна в состав Китайской Республики.

Между тем, США были крайне заинтересованы в «примирении» КПК и Гоминьдана. Объяснялось это тем, что Вашингтон нуждался в стабильной послевоенной политической обстановке в стратегически важном для себя Тихоокеанском регионе. В свою очередь такого рода стабильность зависела от трёх факторов: советско-американских отношений, отношений Национального правительства Китайской Республики и СССР, отношений на внутриполитической арене Китая между Гоминьданом и КПК.

И если в самом конце Второй мировой войны отношения СССР и США продолжали оставаться союзническими и определялись «ялтинско-потсдамскими договорённостями», а отношения СССР и Китайской Республики были стабилизированы и упорядочены заключением Договора о дружбе и союзе от 14 августа 1945 года, то стабильность в отношениях двух основных внутриполитических сил Китая отсутствовала напрочь.

12 августа 1945 года посол США в Китайской Республике (17 ноября 1944 — 26 ноября 1945) Хёрли убедил Чан Кайши направить Мао Цзэдуну в Яньань приглашение прибыть в Чунцин для участия в переговорах о мирном обустройстве послевоенного Китая.

Дважды телеграфировал Мао Цзэдуну с приглашением прибыть в Чунцин командующий войсками США в Китае (31 октября 1944 года – 1946 год) генерал Ведемейер.

Сам Хёрли дважды заявлял, что готов лично прибыть в Яньань, чтобы изложить Мао Цзэдуну свою точку зрения относительно переговоров с Гоминьданом.

Через П.П.Владимирова, военкорра ТАСС и советского представителя в Яньани, Мао Цзэдун интересовался мнением Сталина по поводу своего участия в мирных переговорах в Чунцине.

14, 20 и 23 августа 1945 года Сталин от имени ЦК ВКП(б) направил Мао Цзэдуну три телеграммы, в которых в частности было сказано:»В Китае не должно быть новой гражданской войны. Новая гражданская война станет опасным шагом, ведущим к гибели китайской нации». В телеграммах подчёркивалось, что за личную безопасность Мао Цзэдуна в Чунцине «будут отвечать США и СССР».

Примечательно, что телеграммы от Чан Кайши с личным приглашением прибыть в Чунцин Мао Цзэдун получил ровно в те же дни, что и телеграммы от Сталина: 14, 20 и 23 августа 1945 года.

В своей дневниковой записи от 23 августа 1945 года П.П.Владимиров отмечает, что Мао Цзэдун отклонил первое и второе приглашения Чан Кайши прибыть в Чунцин: «По китайским стандартам два раза отклонить личные приглашения --- больше, чем оскорбление».

25 августа 1945 года ЦК КПК опубликовал Декларацию о текущем моменте, в которой выразил готовность прийти к мирному соглашению с Гоминьданом, но при определённых условиях: Гоминьдан прекращает боевые действия против подконтрольных КПК «освобождённых районов»; Гоминьдан признаёт народные правительства и вооружённые формирования «освобождённых районов»; Гоминьдан определяет территории, на которых вооружённые формирования КПК примут капитуляцию японских войск; Гоминьдан распускает марионеточные войска, помогавшие японцам; Гоминьдан созывает совещание для создания демократического коалиционного правительства и подготовки свободных выборов в Национальное собрание.

НИИ новой истории Китайской Академии общественных наук главным образом сосредоточен на исследованиях истории Китая с 1840 года (начало Первой опиумной войны) до 1949 года (крушение Китайской Республики и образование КНР).

В Китайской Академии общественных наук научная должность «исследователь» соответствует научной должности «главный научный сотрудник» в РАН; научная должность «заместитель исследователя» соответствует научным должностям «старший научный сотрудник», 

Китайский учёный Ким Дон Хи --- уроженец Южной Кореи.

Китайское общество изучения истории китайско-российских отношений (中国中俄关系史研究会) создано в ноябре 1978 года, в штат Китайской Академии общественных наук не входит, однако курируется ею; непосредственно курировать Китайское общество изучения истории китайско-российских отношений уполномочен НИИ новой истории Китайской Академии общественных наук.